ТекстБлог

Кирилл Данильченко - Не знаю, что писать про месть и вот это все

Х-22 это ракета, которая по задумке конструкторов, должна была поразить цель типа авианосная группа.

100% попадание в овал размером в 4 км, 50% шанс в 1 км.

По паспорту, идеально снаряженная, со свежим топливом, запущенная по наставлению.

Или авианосец заденет или корабль сопровождения - на это хватит точности. Стрелять таким по городам - военное преступление. Точка.

Не знаю, что писать про месть и вот это все.

Соледар лежит в руинах, Попасной нет, у моей знакомой из Северодонецка на ноуте фото ее родной улицы, которой нет.

Города. Целые города. С уникальными соляными шахтами, кафешками, сотнями домов перетерты в щебень.

На половине касс в тыловых областях работают беженцы. 10-12% от населения переселенцы не редкость.

Это реки человеческого горя.

Вот уже скоро год вот эти пилоты после пусков, садятся в своих Шайковках и Энгельсах, едут в аредованную панельку или частный дом, покупают детям шоколадки и женам белье.

Это не какие- то закрытые города, наводненные ФСБ, затянутые службой войск и нашпигованные охраной. Улавливаете почему я не люблю фантазии про Моссад?

А вы слышали, например, чтобы в наводненной украинскими беженцами Европе, сгорели внезапно особняки олигархов или что то произошло с многочисленными детьми их элиты?

Как то больше про пособия на детей и мавики переданные слышно, а про это нет - помню какую то акцию в Италии и звенящая тишина.

Поэтому никто не придет, не наведет, не накажет - у всех своя рутина, свои задачи, свои пособия и свои дети.

Потому, что работают только институции.

Построим мы систему оповещения и убежища, в которых комфортно находиться много часов - будет меньше историй, что в разгар крупного налета подьезд полон жителей.

А не сделаем цепочка из тц Кременчук, Винницы, Днепра повторится.

Организуем работу по военным преступникам и пилотам - начнут они давиться шавухой и в очередях умирать от стыда.

А нет, то будут как Мильчаков вести блог.

Вот и все.

Память павшим. Их близким силы это пережить.


Кирилл Данильченко