Віталій Портников - Что будет после "мужского разговора"?
Долгожданный визит Владимира Зеленского в Соединенные Штаты, по сути, завершен. Из главы государства Зеленский на несколько дней переквалифицируется в туриста, который будет наслаждаться Калифорнией и рассказывать согражданам басни о гигантских инвестициях передовых компаний мира в украинскую экономику. А потом Зеленский вернется – и тут-то мы начнем понимать, какими были реальные результаты визита.
Потому что эти реальные результаты, конечно же, зависят от поступков, а не от заявлений Зеленского.
Впрочем, и тут я бы не обольщался.
Мы не можем знать, правильно ли Зеленский интерпретировал сигналы Байдена во время переговоров, смогло ли понять эти сигналы его ближайшее окружение и как его представители объяснят эти сигналы главе государства.
Никогда не нужно забывать, что мы имеем дело с людьми, понимание которыми политических процессов стремится к нулю.
И обольщаться относительно большого внимания к Украине и доверия действующей американской администрации к Зеленскому я тоже не стал бы. Потому что если бы это внимание и доверие было бы, то Джозеф Байден встретился бы с Владимиром Зеленским не после, а до своей встречи с Владимиром Путиным. И не после, а до своих переговоров с Ангелой Меркель по «Северному потоку-2». Зеленского не ставили бы в известность уже после согласования решений. С ним говорили бы о том, какими эти решения должны быть.
Но если происходит иначе, остается радоваться декларациям.
Гарантии энергетической безопасности в случае, если Россия откажется заключать новый транзитный контракт?
Новые санкции?
Но это примерно то же самое, что санкции после оккупации Крыма.
Не проще ли было заблокировать достройку «Северного потока-2»?
Предложение участвовать в нормандском урегулировании?
Так американцы в нем уже участвовали – при Обаме.
Виктория Нуланд постоянно встречалась с Сурковым, а сейчас может встречаться с Козаком. Что с того, если Кремль в этом урегулировании не участвует?
Обещание Киева разблокировать конкурс на избрание главы Специализированной антикоррупционной прокуратуры?
Это вообще позор, если серьезно – что в Белом доме от нас требуют работы наших собственных институций.
Но, с другой стороны, у нас же уже был вполне действовавший глава прокуратуры – и что?
Все эти структуры –любимая игрушка Запада в ситуации, когда не работают настоящие институции, когда нет честного суда и в обществе правят клановые интересы.
Как все это эффективно на самом деле, можно хорошо понять по Афганистану.
Мы недалеко ушли, просто в роли наших «талибов» выступает не внутренний, а внешний враг – Кремль.
Означает ли это, что я не вижу позитивного результата в этом визите?
Конечно вижу.
Позитив в том, что этот визит вообще состоялся – на фоне афганского кризиса, ослабления интереса к российско-украинскому конфликту и тому ироничному отношению, которое вызывает Украина у ведущих игроков после выборов 2019 года.
Увы – понимает это Зеленский и понимают ли это его сторонники или нет – но если после Майдана и начала войны украинец в глазах окружающего мира выглядел героем драмы, то сейчас он выглядит персонажем из анекдота.
И изменить это отношение к нам не сможет никакой Байден.
Это можем сделать только мы сами.
